четверг, 21 января 2010 г.

ПЕРВАЯ ТЕМА ОЛИМПИАДЫ- ПОЛИТИКА ДОГОВОРОВ

ГЛАВНОЕ ВНИМАНИЕ УДЕЛИТЬ СЛЕДУЮЩИМ СОБЫТИЯМ:
  • МЮНХЕНСКОЕ СОГЛАШЕНИЕ -1938 ГОДА
  • ПАКТ МОЛОТОВА-РИББЕНТРОПА-1939 ГОДА
  • ДОГОВОР О ДРУЖБЕ И ГРАНИЦАХ МЕЖДУ СССР И ГЕРМАНИЕЙ-1939 ГОДА
  • ДОГОВОР О БАЗАХ МЕЖДУ СССР И ЭСТОНИЕЙ -1939 ГОДА И ПОДОБНЫЕ ДОГОВОРЫ С ЛАТВИЕЙ И ЛИТВОЙ
  • ЗИМНЯЯ ВОЙНА И ЕЕ ПОСЛЕДСТВИЯ-1939-1940
  • ДИПЛОМАТИЯ В ГОДЫ ВОЙНЫ


 МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ  ПЕРЕД ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНОЙ

Окончательно Версальская система пала с началом Второй мировой войны, к которой Германия достаточно основательно была готова. Так, с 1934 по 1939 г. военное производство в стране увеличилось в 22 раза, численность войск — в 35 раз, Германия вышла на второе место в мире по объему промышленного производства и т. д.
В настоящее время у исследователей нет единого взгляда на геополитическое состояние мира накануне Второй мировой войны. Часть историков (марксистов) продолжает настаивать на двух полисной характеристике. По их мнению, в мире имелись две социально-политические системы (социализм и капитализм), а в рамках капиталистической системы мировых отношений — два очага будущей войны (Германия — в Европе и Япония — в Азии). Значительная часть историков полагает, что накануне Второй мировой войны существовали три политические системы: буржуазно-демократическая, социалистическая и фашистско-милитаристская. Взаимодействие этих систем, расклад сил между ними могли обеспечить мир или сорвать его. Возможный блок буржуазно-демократической и социалистической систем был реальной альтернативой Второй мировой войне. Однако мирного альянса не получилось. 'Буржуазно-демократические страны не пошли на создание блока до начала войны, ибо их руководство продолжало рассматривать советский тоталитаризм как наибольшую угрозу основам цивилизации (результат революционных изменений в СССР, включая и 30-е годы), чем его фашистский антипод, открыто провозгласивший крестовый поход против коммунизма. Попытка СССР создать систему коллективной безопасности в Европе закончилась подписанием договоров с Францией и Чехословакией (1935). Но и эти договоры не были приведены в действие в период оккупации Германией Чехословакии в силу противодействующей им "политики умиротворения", проводившейся в то время большинством европейских стран в отношении Германии.
Германия же в октябре 1936 г. оформила военно-политический союз с Италией ("Ось Берлин — Рим"), а через месяц между Японией и Германией был подписан Антикоминтерновский пакт, к которому через год (6 ноября 1937 г.) присоединилась Италия. Создание реваншистского альянса заставило активизироваться страны буржуазно-демократического лагеря. Однако лишь в марте 1939 г. Англия и Франция приступили к переговорам с СССР о совместных действиях против Германии. Но соглашение так и не было подписано. Несмотря на полярность трактовок причин несостоявшегося союза антифашистских государств, одни из которых перекладывают вину за необуздание агрессора на капиталистические страны, другие относят на счет политики руководства СССР и т. д., очевидно одно — умелое использование фашистскими политиками противоречий между антифашистскими странами, что и привело к тяжким для всего мира последствиям.
Мюнхенское соглашение 1938 года
Мюнхенское соглашение 1938 года (в советской историографии обычно Мюнхенский сговор) — соглашение, составленное в Мюнхене 29 сентября 1938 года и подписанное 30 сентября того же года премьер-министром Великобритании Невиллом Чемберленом, премьер-министром Франции Эдуаром Даладье, рейхсканцлером Германии Адольфом Гитлером и премьер-министром Италии Бенито Муссолини. Соглашение касалось передачи Чехословакией Германии Судетской области.


Предыстория

В 1938 году в Чехословакии проживало 14 млн человек, из них 3,5 млн этнических немцев, компактно проживающих в Судетской области, а также в Словакии и Закарпатской Украине (карпатские немцы). Промышленность Чехословакии, в том числе и военная, была одной из самых развитых в Европе. Заводы «Шкода» с момента оккупации Германией и до начала войны с Польшей произвели почти столько же военной продукции, сколько произвела за это же время вся военная промышленность Великобритании. Чехословакия была одним из ведущих мировых экспортёров оружия, её армия была превосходно вооружена и опиралась на мощные укрепления в Судетской области.

Судетские немцы, устами национал-сепаратистской Судетско-немецкой партией К. Генлейна, постоянно заявляли об ущемлении их прав со стороны чехословацкого правительства. Правительство приняло ряд мер по обеспечению представительства судетских немцев в Национальном собрании, местного самоуправления, образования на родном языке, однако напряженность снять не удалось. Опираясь на эти заявления, Гитлер в феврале 1938 обратился к рейхстагу с призывом «обратить внимание на ужасающие условия жизни немецких собратьев в Чехословакии».
Первый Судетский кризис

После аншлюса Австрии в марте 1938 года Генлейн прибывает в Берлин, где получает инструкции по дальнейшим действиям. В апреле его партия принимает так называемую Карлсбадскую программу, содержавшую требования автономии. В мае генлейновцы активизируют прогерманскую пропаганду, выдвигают требование о проведении референдума по присоединению Судетских земель к Германии и на 22 мая, — день муниципальных выборов, — подготавливают путч, с тем, чтобы превратить эти выборы в плебисцит. Одновременно проводилось выдвижение вермахта к чехословацкой границе. Это спровоцировало первый Судетский кризис. В Чехословакии прошла частичная мобилизация, войска были введены в Судеты и заняли приграничные укрепления. В то же время о поддержке Чехословакии заявили СССР и Франция (во исполнение советско-французского договора от 2 мая 1935 года и советско-чехословацкого договора от 16 мая 1935 года). Протест по поводу силового разрешения кризиса заявила даже союзник Германии Италия. Попытка отторгнуть Судеты опираясь на сепаратистское движение судетских немцев в этот раз не удалась. Гитлер перешёл к переговорам. Переговоры велись между Генлейном и чехословацким правительством при посредничестве Англии .
Второй Судетский кризис

12 сентября 1938 года, после провала переговоров, был спровоцирован второй Судетский кризис. Генлейновцы организовали массовые выступления в Судетах, что вынудило правительство Чехословакии ввести в населенные немцами районы войска и объявить там военное положение. Генлейн, избегая ареста, скрылся в Германии. На следующий день Чемберлен телеграммой уведомил Гитлера о готовности посетить его «ради спасения мира». 15 сентября 1938 года Чемберлен прибывает на встречу с Гитлером в городе Берхтесгаден, в Баварских Альпах. Во время этой встречи фюрер сообщил, что хочет мира, но готов из-за чехословацкой проблемы и к войне. Однако, войны можно избежать, если Великобритания согласится на передачу Судетской области Германии на основе права наций на самоопределение. Чемберлен с этим согласился.

18 сентября в Лондоне прошли англо-французские консультации. Стороны пришли к соглашению, что территории, на которых проживает более 50 % немцев, должны отойти к Германии, и что Великобритания с Францией гарантируют новые границы Чехословакии. 20 — 21 сентября английский и французский посланники в Чехословакии заявили чехословацкому правительству, что в случае если оно не примет англо-французских предложений, французское правительство «не выполнит договора» с Чехословакией. Также они сообщили следующее: «Если же чехи объединятся с русскими, война может принять характер крестового похода против большевиков. Тогда правительствам Англии и Франции будет очень трудно остаться в стороне». Чешское правительство отказалось выполнить данные условия.

22 сентября Гитлер ставит ультиматум: не препятствовать Германии в оккупации Судет. В ответ на это Чехословакия и Франция объявляют мобилизацию. 27 сентября Гитлер перед угрозой начала войны идет на попятную и направляет Чемберлену письмо, в котором сообщает, что он не хочет войны, готов дать гарантию безопасности оставшейся части Чехословакии и обсудить детали договора с Прагой. 29 сентября в Мюнхене по инициативе Гитлера происходит его встреча с главами правительств Великобритании, Франции и Италии. Однако, вопреки обещанию в письме Чемберлену, чехословацкие представители не были допущены к обсуждению соглашения. СССР было отказано в участии во встрече.


Эдуар Даладье (в центре) с Иоа́химом фон Ри́ббентропом на встрече в Мюнхене в 1938 г.

 Мюнхенское соглашение

Встреча в Мюнхене в Фюрербау состоялась 29—30 сентября. Основой соглашения являлись предложения Италии, практически ничем не отличавшиеся от требований, выдвинутых ранее Гитлером при встрече с Чемберленом. Чемберлен и Даладье приняли эти предложения. В час ночи 30 сентября 1938 г. Чемберлен, Даладье, Муссолини и Гитлер подписали Мюнхенское соглашение. После этого в зал, где было подписано это соглашение, была допущена чехословацкая делегация. Руководство Великобритании и Франции оказали давление на правительство Чехословакии, и президент Бенеш без согласия Национального собрания принял к исполнению данное соглашение.


Эдвард Бенеш, президент Чехословакии

1 октября 1938 года Польша в ультимативной форме потребовала от Чехии передать ей Тешинскую область, предмет территориальных споров между ней и Чехословакией в 1918—1920 гг. Оставшись в международной изоляции, чехословацкое правительство вынуждено было принять условия ультиматума.





3 октября 1938 года.
"Всенародное гуляние"



Под давлением Германии, чехословацкое правительство 7 октября принимает решение о предоставлении автономии Словакии, а 8 октября — Подкарпатской Руси.

2 ноября 1938 года Венгрия по решению Первого Венского арбитража получила южные (равнинные) районы Словакии и Закарпатской Украины (Подкарпатской Руси) с городами Ужгород, Мукачево и Берегово.


В марте 1939 года Германия оккупировала оставшийся от Чехословакии огрызок, включив его в состав Рейха под названием «протекторат Богемия и Моравия».



В руки Германии попали значительные запасы вооружения бывшей чехословацкой армии, позволившие вооружить 9 пехотных дивизий, и чешские военные заводы. Перед нападением на СССР, из 21 танковой дивизии вермахта, 5 были укомплектованы танками чехословацкого производства.

19 марта — правительство СССР предъявляет ноту Германии, где заявляет о своём непризнании немецкой оккупации части территории Чехословакии.

Соглашение, подписанное в Мюнхене, стало кульминационной точкой английской «политики умиротворения». Одна часть историков считает эту политику попыткой перестроить испытывающую кризис Версальскую систему международных отношений дипломатическим путём, через договоренности четырёх великих европейских держав. Чемберлен, вернувшись из Мюнхена в Лондон у трапа самолёта заявил: «... Я привез мир нашему поколению».
 

Однако другая часть историков полагает, что истинная причина проведения данной политики — попытка капиталистических стран раздавить чужеродную систему у себя под боком — СССР. К примеру, заместитель министра иностранных дел Великобритании Кадоган прямо записал в своем дневнике: «Премьер-министр (Чемберлен) заявил, что он скорее подаст в отставку, чем подпишет союз с Советами». Лозунг консерваторов в то время был:

Чтобы жила Британия, большевизм должен умереть

При подписании мюнхенского соглашения Галифакс объяснил Гитлеру позицию Великобритании:

"Наверное, можно будет найти решение, приемлемое для всех, кроме России..."

Таким образом «политика умиротворения» — хитроумная многоходовая комбинация по натравливанию гитлеровской Германии на СССР, проводимая с 1937 года, но не оправдавшаяся: Гитлер использовал Англию для усиления Германии, потом захватил практически всю континентальную Европу, и только потом напал на СССР.

 Текст соглашения с приложениями и декларациями
 Соглашение, заключённое в Мюнхене 29 сентября 1938 года между Германией, Великобританией, Францией и Италией.

Германия, Великобритания, Франция и Италия, учитывая соглашение, которое было уже в принципе достигнуто об уступке Германии Судетской Немецкой территории, соглашаются о следующих сроках и условиях, выполнения данной уступки и мерами следующими из нее, и в соответствии с этим соглашением они предпринимают самостоятельные разумные шаги, необходимые гарантировать его выполнение:

1. Эвакуация начнется 1-ого октября.

2. Великобритания, Франция и Италия соглашаются, что эвакуация территории должна быть закончена к 10-ому октября, без проведения каких-либо разрушений, и что Чехословацкое Правительство будет считаться ответственным за выполнение эвакуации без разрушений.

3. Условия проведения эвакуации будут установлены подробно международной комиссией, составленной из представителей Германии, Великобритании, Франции, Италии и Чехословакии.

4. Оккупационная стадия преобладающей немецкой территории Немецкими войсками начнется 1-ого октября. Четыре территории, отмеченные на приложенной карте, будут заняты Немецкими войсками в следующем порядке:

Территория отмеченная Номером I 1-го и 2-го октября; территория отмеченная Номер II 2-го и 3-его октября; территория отмеченная Номер III 3-го, 4-го и 5-го октября; территория отмеченная Номер IV 6-го и 7-го октября. Остающаяся территория преобладающе-немецкого характера будет установлена вышеупомянутой международной комиссией немедленно и будет занята войсками Германии к 10-ому октября.

5. Международная комиссия, упомянутая в параграфе 3 определит территории, в которых должен быть проведен плебисцит. Эти территории будут заняты международными частями, пока плебисцит не был закончен. Эта же самая комиссия установит условия, в которых плебисцит должен быть проведен, беря как базовые условия плебисцита в Сааре. Комиссия также установит дату проведения плебисцита, на дату не позже конца ноября.

6. Заключительное определение границ будет выполнено международной комиссией. Комиссия будет также иметь право рекомендовать четырем Великим Державам, Германии, Великобритании, Франции и Италии, в некоторых исключительных случаях, незначительные изменения в строго этнографических определениях зон, которые должны быть переданы без плебисцита.

7. Будет иметься право выбора в и вне переданных территорий. Выбор, который будет осуществлен в пределах шести месяцев от даты этого соглашения. Немецкое-чехословацкая Комиссия должна определить подробности выбора, рассмотреть пути облегчения перемещения населения и уладить принципиальные вопросы, проистекающего из сказанного перемещения.

8. Чехословацкое Правительство будет в пределах периода четырех недель от даты выпуска этого соглашения освободить из своих военных и полицейских сил любых Судетских Немцев, которые могут пожелать быть освобождаемыми, и Чехословацкое Правительство должно в пределах того же самого периода выпустить заключённых Судетских Немцев, которые заключены за политические нарушения.

Мюнхен, 29 сентября, 1938.


 Мюнхенский Договор: Приложение к Соглашению

Правительство Его Величества Великобритании и Французское Правительство вводят в вышеупомянутое соглашение за основу, что они поддерживают предложение, содержащееся в параграфе 6 Англо-французских предложений от 19-ого сентября, касающийся международной гарантии новых границ Чехословацкого Государства против неспровоцированной агрессии.

Когда вопрос Польских и Венгерских меньшинств в Чехословакии будет улажен, Германия и Италия с их стороны дадут гарантию Чехословакии.

Мюнхен, 29 сентября, 1938.



Мюнхенский Договор: Декларация

Главы Правительств четырех Сторон объявляют, что если проблемы польских и венгерских меньшинств в Чехословакии, не будут улажены в пределах трех месяцев в соответствии с соглашениями между соответствующими Правительствами, для этой темы должна будет создана новая встреча Глав Правительств четырех Сторон представленных здесь.

Мюнхен, 29 сентября, 1938.



 Мюнхенский Договор: Дополнительная Декларация

Все вопросы, которые могут проистекать из передачи территории, должны рассматриваться как дополнительные в пределах компетенции Международной Комиссии

Мюнхен, 29 сентября, 1938.



 Мюнхенский Договор: Состав Международной Комиссии

Четыре Главы Правительств здесь представленные, соглашаются, что Международная Комиссия, предусмотренная в соглашении, подписанном ими сегодня должна состоять из Госсекретаря Немецкого Министерства иностранных дел, Британского, Французского и Итальянского Послов, аккредитованных в Берлине, и представителя, который будет назначен Правительством Чехословакии.

Мюнхен 29 сентября, 1938.



Цитаты

Н. Чемберлен, 27 сентября 1938 года

"....Сколь ужасной, фантастичной и неправдоподобной представляется сама мысль о том, что мы должны здесь, у себя, рыть траншеи и примерять противогазы лишь потому, что в одной далекой стране поссорились между собой люди, о которых нам ничего не известно...."

Политика СССР накануне войны

Консолидация фашистского лагеря на фоне политики умиротворения агрессора толкала СССР на открытую борьбу с расползающимся агрессором: 1936 г. — Испания, 1938 г. малая война с Японией у озера Хасан, 1939 г. — советско-японская войны на Халкин-Голе. Однако совершенно неожиданно 23 августа 1939 г. (за восемь дней до начала мировой войны был подписан Пакт о ненападении Германии и СССР (называемый пактом Молотова — Риббентропа). Ставшие достоянием мировой общественности секретные протоколы к этому пакту о разграничении сфер влияния Германии и СССР на севере и юге Европы, а также разделе Польши заставили по-новому взглянуть (в особенности отечественных исследователей) на роль СССР в антифашистской борьбе накануне войны, а также его деятельность с сентября 1939 по июнь 1941 гг., на историю открытия второго фронта и многое другое.
Не вызывает сомнения, что подписание советско-германского пакта о ненападении резко изменило соотношение сил в Европе:
СССР избежал казалось бы неминуемого столкновения с Германией, в то время как страны Западной Европы оказались лицом к лицу с агрессором, которого они продолжали по инерции умиротворять (попытка Англии и Франции с 23 августа по 1 сентября 1939 г. договориться с Германией в польском вопросе по типу Мюнхенского соглашения).

23 августа министр иностранных дел фашистской Германии Иохим фон Риббентроп срочно вылетает в Москву. По дороге его самолет обстреливают советские зенитки. Но он не будет предъявлять претензий к гостеприимству. Он летит делить Восточную Европу и утверждать границы продвижения войск в Польше. Через три дня его шеф, Адольф Гитлер, собирается напасть на Польшу, но боится войны на два фронта.

О последствиях историки спорят до сих пор: стал ли "медовый месяц" Сталина и Гитлера отправной точкой к началу второй мировой войны. И сохранился бы мир, если бы два тирана не растоптали Польшу одним сапогом на двоих, передает "Пятый канал".

Документ этот, по мнению одних историков, во многом способствовал началу Второй мировой войны, по мнению других - позволил отсрочить ее начало. Кроме того, пакт в значительной мере определил судьбу латышей, эстонцев, литовцев, а также западных украинцев, белорусов и молдаван: в результате пакта эти народы, многие из которых впервые в своей истории объединились в составе одного государства, почти полностью влились в Советский Союз, пишет РИА "Новости".

Несмотря на коррективы, внесенные в судьбы этих народов развалом СССР в 1991 году, пакт Молотова-Риббентропа до сих пор определяет многие геополитические реальности в современной Европе.

В полном соответствии с секретным протоколом, чей оригинал был найден в архивах Политбюро ЦК КПСС только в середине 1990-х годов, германские войска в 1939 году не заходили в населенные преимущественно белорусами и украинцами восточные регионы Польши, а также на территорию Латвии, Литвы и Эстонии. На все эти территории впоследствии вошли советские войска. 17 сентября 1939 года советские войска вошли на территорию восточных регионов Польши. В 1939-1940 годах, опираясь на левые политические силы в этих странах, сталинское руководство установило контроль над Латвией, Литвой и Эстонией, а в результате военного конфликта с Финляндией, тоже отнесенной секретным протоколом к сфере интересов СССР, отторгло от этой страны часть Карелии и прилегающие к Ленинграду (ныне город Санкт-Петербург) территории.

Поскольку положения секретного протокола, выработанные советским руководством вместе с приближенными Гитлера, носили явно противоправный характер, и Сталин, и Гитлер предпочли скрыть этот документ и от международной общественности, и от собственных народов и органов власти, за исключением крайне узкого круга лиц. Существование этого протокола в Советском Союзе скрывалось до 1989 года, пока специальная Комиссия по политической и правовой оценке пакта, сформированная Съездом народных депутатов СССР, не представила Съезду доказательства существования этого документа. Получив эти доказательства, Съезд народных депутатов СССР в постановлении от 24 декабря 1989 года осудил тайный протокол, подчеркнув, что этот протокол вместе с другими советско-германскими договоренностями "утратил силу в момент нападения Германии на СССР, то есть 22 июня 1941 года".

Сразу же после своего подписания пакт вызвал критику со стороны многих участников международного коммунистического движения и от представителей других левых сил. Даже не зная о существовании секретных протоколов, эти люди увидели в пакте немыслимый для приверженцев левой идеологии сговор с самой мрачной империалистической реакцией - нацизмом. Многие исследователи даже считают пакт началом кризиса международного коммунистического движения, поскольку он углубил недоверие Сталина к иностранным компартиям и способствовал роспуску Коммунистического Интернационала Сталиным в 1943 году.
Уже после войны, понимая, что пакт подмачивает его репутацию главного антифашиста планеты, Сталин приложил все усилия к тому, чтобы оправдать пакт в советской и мировой историографии. Задача усложнялась тем, что в руки американцев, занявших западную часть Германии, попали немецкие документы, позволявшие сделать предположение о существовании секретных протоколов к пакту. Поэтому в 1948 году при участии Сталина (как полагают многие исследователи, им лично) была подготовлена "историческая справка" под названием "Фальсификаторы истории". Положения этой справки легли в основу официальной советской интерпретации событий 1939-1941 годов, остававшейся неизменной до конца восьмидесятых годов.

Суть "справки" сводилась к тому, что пакт был "гениальным" ходом советского руководства, позволившим использовать "межимпериалистические противоречия" между западными буржуазными демократиями и нацистской Германией. Без заключения пакта СССР якобы непременно стал бы жертвой "крестового похода" капиталистических стран против первого социалистического государства. Положения "исторической справки" в Советском Союзе нельзя было оспаривать и после смерти Сталина, просто в школьных и вузовских учебниках при Хрущеве и Брежневе его имя чаще заменялось на слова типа "руководство страны" или "советская дипломатия". (Источник - "Советская историография", изд-во РГГУ, 1992 год.) Так продолжалось до горбачевских реформ конца восьмидесятых годов, пока участники первого Съезда народных депутатов СССР не потребовали выяснить обстоятельства заключения пакта, во многом способствовавшего присоединению к Советскому Союзу ряда его территорий.

24 декабря 1989 года Съезд народных депутатов СССР, на тот момент высший орган власти в Советском Союзе, принял постановление "О политической и правовой оценке советско‑германского договора о ненападении от 1939 года", официально осуждающее секретные протоколы как "акт личной власти", никак не отражавший "волю советского народа, который не несет ответственности за этот сговор". Подчеркивалось, что "переговоры с Германией по секретным протоколам велись Сталиным и Молотовым втайне от советского народа, ЦК ВКП(б) и всей партии, Верховного Совета и Правительства СССР".

Последствия этого "сговора" ощущаются по сей день, отравляя отношения между Россией и затронутыми сталинско-гитлеровским протоколом народами. В прибалтийских государствах эти события провозглашаются прелюдией к "аннексии" Латвии, Литвы и Эстонии. На основании этого делаются далеко идущие выводы относительно отношений с сегодняшней Россией и о статусе этнических русских в этих странах, которые представляются "оккупантами" или "колонистами". В Польше воспоминания о секретных протоколах к пакту становятся оправданием для уравнивания нацистской Германии и сталинского СССР в моральном плане, вытекающего отсюда очернения памяти советских солдат или даже для сожаления об отсутствии коалиции между Польшей и нацистской Германией для совместного нападения на СССР. Моральная неприемлемость подобной трактовки событий тех лет, по мнению российских историков, вытекает хотя бы из того факта, что никто из примерно 600 тысяч советских солдат, погибших, освобождая Польшу от нацистов, ничего не знал о тайном протоколе к пакту Молотова-Риббентропа.
 
http://www.info24.ru/news/75.html

Карикатура на подписание Пакта Молотова-Риббентропа в польской газте "Mucha"

Подпись:  Если ты хочешь понять что-либо,узнай,как оно возникло. 


Пакт Молотова – Риббентропа: взгляд спустя 70 лет

От редакции. Договор о ненападении между Германией и СССР, давно получивший в историческом обиходе название пакта Молотова – Риббентропа, стал, пожалуй, одним из наиболее обсуждаемых дипломатических документов XX века. Более того, его обсуждение до сих пор не ограничено исключительно спорами в историческом сообществе. Оценки этого документа и сейчас влияют на отношения России со многими сопредельными государствами и – прямо или косвенно – на отношения россиян и жителей этих стран. Поэтому 70-летие заключения пакта, действительно, очень важная дата. Во многом оценки этого события позволяют понять историю отношений нашей страны с её соседями в XX веке. Именно поэтому мы предполагаем разместить на сайте серию материалов, посвящённых 70-летию заключения пакта, которая открывается обширной статьей  специалиста по истории межвоенной дипломатии, кандидата исторических наук Александра Наумова.
1 сентября 2009 года мир будет вспоминать о 70-летней годовщине начала Второй мировой войны. Советский Союз стал одним из главных участников этой войны не в 1939-м, а лишь после нападения гитлеровской Германии. Тем не менее до сих пор не прекращаются разговоры об «ответственности» Москвы за развязывание мирового конфликта. Речь, в первую очередь, идёт о пакте Молотова – Риббентропа от 23 августа 1939 года.
Действительно, сегодня всё чаще можно слышать высказывания о том, что германо-советский пакт стал едва ли не главной причиной начала Второй мировой. И хотя подобная интерпретация событий уходит корнями в начало холодной войны, в конце 1980 – начале 1990-х годов с опубликованием в СССР т. н. секретных протоколов к пакту Молотова – Риббентропа эта концепция получила новую жизнь и существует до сих пор.
Ещё в 1991 году в своей знаменитой работе «Пакт. Гитлер, Сталин и инициатива германской дипломатии, 1938–1939» авторитетный немецкий исследователь И. Фляйшхауэр уже первым предложением дала старт дискуссии: «Заключённый… пакт Гитлера – Сталина… стал вехой на пути германского вторжения в Польшу, а следовательно, и развязывания Второй мировой войны» . Вслед за этим другие иностранные и отечественные авторы наперебой начали утверждать, что именно Сталин, заключив преступный союз с Гитлером, предопределил начало Второй мировой .
Так ли это на самом деле? Не вызывает сомнения тот факт, что германо-советское соглашение сыграло важную роль в ходе дипломатической борьбы накануне Второй мировой. Но было ли оно определяющим для начала самой этой войны? Было ли заключение пакта о ненападении вызвано решением двух диктаторов – Гитлера и Сталина – развязать войну, или же пакт стал логичным и неизбежным завершением той игры, которую вели Великобритания, Франция, Германия и другие великие (и не очень) державы во второй половине 1930-х годов?
Как нам представляется, найти объективный и непредвзятый ответ на этот вопрос возможно, только рассматривая драматические события конца 30-х годов XX века как совокупность элементов некой системы, а именно Версальской системы международных отношений, созданной в 1919 году по окончании Первой мировой войны.
Как известно, в начале 1930-х некогда относительно стабильный механизм межгосударственных отношений начал давать сбои: всемирный экономический кризис, приход нацистов к власти в Германии, политический террор, нарастание трений между государствами – вот неутешительная палитра международной жизни того времени. Однако только начиная с 1936 года в истории Версальской системы начался по-настоящему драматический период.
Ровно за три года – с марта 1936 года по март 1939 года – кризис «пожрал» межвоенный порядок, дав старт процессу развала системы, который последовал в сентябре 1939-го. Первой вехой кризиса стали события 7 марта 1936 года, когда окрепший режим Гитлера оккупировал демилитаризованную Рейнскую зону, созданную в 1919 году на франко-германской границе для предотвращения немецкого реванша.
Это нарушение осталось абсолютно безнаказанным. Франция – главный гарант европейского баланса сил и основной пострадавший от агрессивных действий Рейха – не решилась на ответные действия, проявила слабость, хотя могла без особых проблем поставить Германию на место: общая численность вошедших в Рейнскую демилитаризованную зону германских войск не превышала двадцати тысяч, а постоянная французская армия насчитывала без всякой мобилизации полмиллиона.
В системе баланса сил межвоенного порядка наметился сдвиг в пользу Германии, а влияние Франции в Европе снизилось. По сути, Париж попал в зависимость от Великобритании, которая стремилась модернизировать Версальскую систему и не настаивала на сохранении статус-кво в континентальной Европе.
Следующим катализатором для развития кризиса Версальской системы стала начавшаяся 17 июля 1936 года и мгновенно интернационализировавшаяся гражданская война в Испании. Буквально с первых месяцев войны Италия и Германия с одной стороны и Советский Союз – с другой начали оказывать действенную помощь воюющим сторонам в испанском конфликте. Однако Великобритания и Франция, которые, следуя международным обязательствам, должны были поддержать законное республиканское испанское правительство, в качестве политической линии избрали невмешательство в испанские дела, надеясь таким образом локализовать конфликт, нанеся тем самым непоправимый удар по обороноспособности Испанской республики и косвенно содействуя итоговой победе профашистски настроенного генерала Франко.
Как и рейнский кризис, гражданская война сыграла очень важную роль в приближении европейского коллапса. Именно в результате испанского конфликта был образован союз нацисткой Германии и фашисткой Италии – «ось» Берлин – Рим. Более того, отвлекавшая внимание мирового сообщества испанская война в значительной степени помогла Третьему рейху осуществить грандиозное перевооружение и подготовиться к захвату Центральной Европы. Позиции Франции в Европе ещё более ослабли. По сути, ещё недавно ведущая европейская держава превратилась в младшего партнёра Великобритании. Лига Наций, международная организация, призванная отвечать за поддержание мира, полностью себя дискредитировала. Наконец, губительные разногласия между СССР с одной стороны и Англией и Францией с другой, проявившиеся в ходе испанского конфликта, поставили крест на планах создания системы коллективной безопасности в Европе, способной остановить агрессоров. Всё это побудило европейские государства действовать в одиночку перед лицом надвигавшейся военной опасности.
Пока шла гражданская война в Испании, основные события международной жизни переместились в самый центр Европы. В начале 1938 года Гитлер почувствовал себя достаточно сильным, чтобы пересечь национальные границы, установленные после Первой мировой войны. В марте 1938 года состоялся аншлюс (присоединение к Германии) Австрии. С одной стороны, аншлюс окончательно закрепил переход англо-французской политики на рельсы умиротворения агрессора, стратегии, которая объективно вела к разрушению Версальской системы и началу войны. С другой – австрийские события устранили последние серьёзные противоречия между фашистской Италией и нацистской Германией, укрепив их в мысли о целесообразности добиваться своих целей посредством грубой силы.
После австрийского кризиса Англия и Франция – гаранты существовавшего европейского порядка – оказались в состоянии стратегического паралича: у Лондона не осталось альтернативы продолжению курса на умиротворение Германии, а у Парижа остался лишь один путь – следовать в фарватере Великобритании. К апрелю 1938 года инициатива в международной политике была утеряна западными демократиями и безвозвратно перешла в руки фашистских держав. Попытка модернизации Версальской системы на основе ограниченных уступок Германии и Италии, к чему начиная с 1936 года стремились Великобритания и Франция, провалилась.
Кульминацией европейского кризиса стала печально знаменитая Мюнхенская конференция 29–30 сентября 1938 года, вошедшая во многие учебники истории под названием «Мюнхенский сговор», что как нельзя лучше отражает суть этого наспех организованного саммита четырёх стран – Германии, Италии, Великобритании и Франции. Используя политику шантажа, угроз и запугивания, Гитлеру удалось бескровно оторвать стратегически важный кусок от Чехословакии – крупного и сильного демократического государства в центре Европы. Не желая рисковать миром, Лондон и Париж бросили на произвол судьбы своего союзника, причём в унизительной для Праги форме: непосредственная жертва сговора по настоянию Гитлера от участия в конференции устранялась, а чехословацкие представители несколько часов ожидали в приёмной, пока лидеры четырёх стран вынесут окончательный приговор их стране. СССР – союзник и Франции, и Чехословакии по заключённому в 1935 году договору о взаимопомощи – в Мюнхен вообще приглашён не был.
30 сентября и 6 декабря 1938 года Германия подписала с Англией и Францией соответственно декларации о ненападении. Казалось, после урегулирования всех (или почти всех) «несправедливостей» Европу ждёт долгий период мирного процветания. В реальности же в результате заключения Мюнхенского соглашения европейский баланс сил изменился кардинальным образом и резко приблизил начало Второй мировой войны. Захватив Австрию, а затем часть Чехословакии, Германия самым серьёзным образом укрепила свои позиции, превратившись в гегемона Центральной Европы. После Мюнхена каждая страна предпочитала защищать суверенитет и безопасность, исходя исключительно из собственных сил и возможностей, не рассчитывая более на поддержку других стран и существование каких-либо договоров.
Потенциальный союзник Запада в борьбе с гитлеровской агрессией – Советский Союз – был полностью исключён из европейской политики. В условиях, когда основа советской внешнеполитической концепции – политика коллективной безопасности – была похоронена Великобританией и Францией, советское руководство ещё более укрепилось в мысли о целесообразности поиска альтернативных путей обеспечения собственной безопасности.
Соучастниками раздела Чехословакии стали малые европейские страны с большими амбициями – Венгрия и Польша. Польское руководство, для которого результаты Мюнхена таили наибольшую угрозу, таким образом апробировало политическую линию, «с успехом» применённую в ходе августовского кризиса 1939 года – политику торпедирования единого антигерманского фронта.
Мюнхенский сговор не случайно называют пиком политики умиротворения. В ходе чехословацкого кризиса Великобритания и Франция предпочли уступить Центральную Европу Германии ради иллюзорного шанса на сохранение мира на континенте, надеясь при этом направить германскую агрессию на Восток – против СССР. В результате геостратегические позиции самих западных демократий (особенно Франции) резко ухудшились, а Германия получила наилучшие возможности для дальнейшей экспансии, в том числе и для агрессии против Великобритании и Франции, что и было осуществлено Гитлером уже в 1940 году.
8 марта 1939 года Гитлер выступил на совещании представителей военных, экономических и партийных кругов Германии, где заявил, что не позднее 15 марта оставшаяся часть Чехословакии должна быть оккупирована вермахтом. «Затем, – отметил фюрер, – последует Польша… В 1940 и 1941 годах Германия раз и навсегда сведёт счёты с извечным врагом – Францией… Когда Франция будет побеждена, Германия с лёгкостью установит господство над Англией… Используя британские и французские владения в Америке в качестве базы, мы сведём счёты с "еврейскими королями доллара"в Соединённых Штатах» .
Уже через неделю германский рейхсканцлер начал претворять свою воинственную внешнеполитическую программу (в которой, кстати, не было ни слова о СССР) в жизнь. 15 марта 1939 года войска вермахта вошли в Прагу, тем самым Гитлер вероломно нарушил им же подписанные в Мюнхене договорённости.
3 апреля 1939 года германским генштабом был окончательно разработан план «Вайс» – план нападения на Польшу. Спустя полтора месяца, 23 мая 1939 года, Гитлер на секретном совещании с высшими военными чинами Рейха заявил, что напасть на Польшу необходимо «при первой подходящей возможности». В Европе явно запахло войной. В этих условиях, вопрос, чью же сторону займёт Советский Союз, ещё недавно исключённый из европейской политики, внезапно приобрёл чрезвычайную актуальность.
Понимая тяжесть положения, в котором они оказались, западные державы – Англия и Франция – начали переговоры с СССР в марте 1939 года, то есть сразу после оккупации Чехословакии войсками вермахта. 21 марта посол Великобритании в СССР вручил советскому наркому иностранных дел «Проект декларации Великобритании, СССР, Франции и Польши», которая должна была положить начало созданию широкой антигерманской коалиции, способной остановить дальнейшую агрессию нацистов. Уже на следующий день СССР выразил согласие присоединиться к такому союзу, однако из-за враждебной, непримиримой антисоветской позиции польского правительства британский проект четырёхсторонней декларации так и не был реализован.
17 апреля 1939 года Москва выдвинула новый проект, предусматривавший заключение англо-франко-советского соглашения о взаимопомощи в случае агрессии в Европе против одной из стран, которое также подразумевало гарантии Польши от агрессии со стороны Германии. Началось обсуждение различных проектов, где ключевым стал вопрос о проходе войск СССР, не имевшего общей границы с Германией, к театру боевых действий. А то, что этим театром станет Польша, уже мало у кого вызывало сомнения. Однако, несмотря на объективную необходимость, подчёркнутую многими политическими и общественными деятелями западных стран, официальные Лондон и Париж не торопились начинать военные консультации с СССР. Только 12 августа в Москве начались реальные переговоры военных миссий Великобритании, Франции и СССР с целью подписания военной конвенции, т. е. условий, по которым стороны окажут друг другу помощь в борьбе с нацистской агрессией.
Характерно, Англия и Франция официально ответили согласием начать военные переговоры ещё 25 июля, однако их военная миссия оказалась в Москве только 11 августа. Подобная медлительность в условиях постоянно и с калейдоскопической быстротой менявшейся геополитической реальности объясняется тем, что британские и французские военные деятели добирались до Москвы… тихоходным грузовым кораблём!
Об истинных намерениях западных стран заключить военный союз против Гитлера  красноречиво свидетельствовал и состав их делегаций. Если во главе советской миссии стоял нарком обороны страны К. Е. Ворошилов, то делегации западных «союзников» возглавляли фигуры второстепенные. Так, главой английской миссии являлся комендант Портсмута, по сути, уже отошедший от дел адмирал Дракс, а французскую делегацию возглавлял преподаватель лётного искусства генерал Думенк. И это при том, что в сентябре 1938 года премьер-министр Британской империи, никогда прежде не пользовавшийся самолётом, трижды в течение одного месяца лично летал в Германию для переговоров с Гитлером, а начальник английского генштаба генерал Айронсайд с июля находился в соседней Польше. Как бы то ни было, успех переговоров вновь зависел от позиции Польши, которая даже в условиях резкого ухудшения польско-германских отношений и чрезвычайного нарастания угрозы нацистского вторжения, отказывалась идти на уступки.
Кстати, говоря об англо-франко-советских переговорах лета 1939 года, историки часто забывают упомянуть один интересный факт. В начале июля французский посол в Москве предложил правительству СССР урегулировать спорные моменты в отношении стран Прибалтики с помощью... секретного протокола. В ответ советский нарком иностранных дел В. М. Молотов выразил недоумение секретным характером будущего договора, который противоречил ленинским принципам ведения внешней политики, и совершенно недвусмысленно назвал «принятие секретного списка уступкой со стороны советского правительства» . В итоге этот план так и остался на бумаге, однако идея секретного пакта, исходившая с Запада, закрепилась в умах кремлёвских руководителей.
Одновременно, следуя логике сложнейшей внешнеполитической игры, и советское руководство, и англо-французские государственные деятели вели активные переговоры с нацистской Германией. Особенно активно действовало британское правительство;  параллельно с московскими переговорами Лондон проводил не менее, а даже более энергичный курс на дальнейшее сближение с гитлеровской Германией, – курс, которым Великобритания шла начиная с 1935 года.
В июле – августе 1939 года англо-германские контакты вошли в новую стадию – начались активные секретные переговоры между гитлеровскими эмиссарами и влиятельными британскими политиками. Ближайшие соратники английского премьер-министра разработали и предложили немцам целую программу нового этапа умиротворения Германии, включавшую и военные, и экономические, и колониальные уступки. По сути, Лондон предлагал раздел Европы на сферы влияния: германскую на востоке и англо-саксонскую на западе. В начале августа вблизи датской границы прошла встреча ближайшего сподвижника Гитлера Г. Геринга и группы британских эмиссаров во главе с видным членом консервативной партии Ч. Спенсером. Наконец, на 23 августа был назначен прилёт Геринга в Великобританию для встречи с Чемберленом и «урегулирования разногласий» на англо-германских переговорах .
Однако на самом деле подобная тайная дипломатия нацистов была лишь дезинформационной уловкой. Вместо полёта Геринга в Лондон в тот же день состоялся полёт министра иностранных дел Третьего рейха И. фон Риббентропа в Москву. Как справедливо заметил известный отечественный историк Л. Безыменский, «мюнхенские настроения» и спекуляции на них были для Гитлера лишь умелым маневром, в котором он шантажировал и Англию, и Польшу, и Советский Союз. Для Сталина же подобные англо-германские секретные переговоры стали лишь желанным оправданием для большой игры, которую он затеял в настоящем «втором Мюнхене» – в попытке обыграть Гитлера с целью выигрыша жизненно важного для СССР времени на реконструкцию Красной армии и воссоздания её былой мощи .
Некоторое потепление между Москвой и Берлином началось ещё весной 1939 года, причём по инициативе германской стороны. Получив же в середине августа информацию о возможности успешного завершения московских переговоров, Риббентроп немедленно поручил германскому послу в Москве заверить его советского коллегу Молотова в готовности Германии «восстановить германо-советскую дружбу» и «совместно решить территориальные вопросы, связанные с Восточной Европой». С этого момента и начались советско-германские переговоры, завершившиеся подписанием пакта о ненападении.
Стремясь во что бы то ни стало добиться соглашения с Москвой, 20 августа Гитлер направил личное послание Сталину с просьбой принять главу германского МИДа для подписания германо-советского пакта. Советский диктатор не торопился с ответом, всё ещё надеясь на заключение военного соглашения с западными демократиями: в Кремле наиболее выигрышным вариантом считали именно заключение англо-франко-советского договора. Не вызывает сомнения, что советские руководители презирали и ненавидели нацистский режим в гораздо большей степени, чем правящие режимы западных демократий. Кроме того, нельзя забывать и о том, что в это же время на восточных рубежах СССР шли ожесточённые бои у реки Халхин-Гол с армией Японии – союзницы Германии по Антикоминтерновскому пакту. Именно поэтому, ожидая согласия Парижа и Лондона на подписание предложенной СССР военной конвенции и решения вопроса о пропуске советских войск для борьбы с немцами в случае их вторжения в Польшу, Москва до самого последнего момента отклоняла заманчивые предложения Рейха.
21 августа терпение Сталина лопнуло, и он дал согласие на приезд в Москву Риббентропа. По злой иронии судьбы именно в этот день глава французской делегации наконец получил согласие правительства на подписание военной конвенции. Однако английская сторона хранила молчание, что не удивительно в свете готовившегося в тайне от всего мира, в том числе и от своих ближайших союзников, визита Геринга в Лондон. Что ещё более удивительно, продолжала хранить молчание и Польша, чья судьба тогда висела на волоске, а сама Речь Посполитая стала разменной монетой в большой геополитической игре. 22 августа Ворошилов был вынужден заявить: «Французские и английские правительства теперь слишком затянули политические переговоры. Ввиду этого не исключена возможность некоторых политических событий…» .
И действительно, 23 августа в Москву прибыл Риббентроп. В условиях нежелания западных демократий и их союзников в Восточной Европе идти на уступки сталинской дипломатии германо-советское сближение наконец получило логичное завершение: в ночь на 24 августа 1939 года в Кремле был подписан договор о ненападении с СССР, вошедший в историю под названием пакт Молотова – Риббентропа. (Напомним, что Германия, в отличие от СССР, уже имела похожие пакты о ненападении с Англией и Францией, подписанные в конце 1938 года.) В духе того времени помимо пакта был подписан и секретный протокол, определявший сферу геополитических интересов СССР, которая во многом совпадала с границами бывшей Российской империи .
Германо-советский пакт предполагал выгоду обеим сторонам, хотя и был только временной мерой, продиктованной обстоятельствами. Выигрыш Германии был очевиден: Берлин заручился нейтралитетом Москвы в грядущей германо-польской войне. СССР же в результате пакта снова вошёл в круг великих держав, став важным игроком в системе международных отношений. Договор о ненападении позволял Москве не быть втянутой в войну, ставил предел германскому продвижению на восток, позволял урегулировать конфликт с Японией. Таким образом, СССР получил гарантии от войны, по крайней мере, на ближайшую перспективу.
В  связи с этим следует ответить на ряд вопросов. Являлся ли пакт из ряда вон выходящим событием, способным кардинально развернуть магистральную линию развития кризиса Версальской системы, который вёл Европу к мировой войне? Представляется, что ответ на этот вопрос носит отрицательный характер. Гитлер не раз высказывал намерение в любом случае уничтожить Польшу, и не вызывает сомнения, что он рано или поздно осуществил бы это, даже не подписав пакта с Москвой. Кроме того, как метко подметил один современный исследователь, вопрос о том, начнётся ли новая война в Европе, решался всю неделю, последовавшую за пактом Молотова – Риббентропа .
Являлся ли пакт оригинальным явлением мировой политики того времени? И здесь ответ очевиден. Даже многие западные историки, неизменно осуждающие СССР за сделку с Германией, признают, что Сталин, вступив в переговоры с Гитлером в 1939-м, сделал именно то, что лидеры Англии и Франции сделали в 1938 году в Мюнхене, – за счёт маленького государства купил себе мирную передышку, необходимую на перевооружение, чтобы противостоять агрессору. «Если Чемберлен поступил честно и благородно, умиротворив Гитлера и отдав ему в 1938 году Чехословакию, – пишет известный американский журналист и историк У. Ширер, – то почему же Сталин повёл себя нечестно и неблагородно, умиротворяя через год Гитлера Польшей, которая всё равно отказалась от советской помощи?» . По сути, Кремль взял на вооружение, буквально скопировал английскую политику умиротворения, проводимую туманным Альбионом с середины 1930-х годов. «Русские, – писал ещё в середине 1960-х годов крупнейший западный историк Э. Тейлор, – на самом деле осуществили то, чего надеялись добиться государственные мужи Запада».
Наконец, совершило ли советское руководство преступление, заключив соглашение с нацистской Германией? Рассматривая вопрос в плоскости геополитики, ответ вновь будет отрицательным. Подписав пакт, Сталин, по сути, всего лишь вернулся к практике традиционной европейской политики, которая на протяжении столетий характеризовалась тайной дипломатией, участием в разделах более слабых государств, стремлением во что бы то ни стало усилить свои стратегические позиции и т. д. Для того времени это была обычная политическая и дипломатическая практика.
Кроме того, в Москве прекрасно понимали, что альтернативой советско-германскому пакту могло быть только англо-германское соглашение за счёт СССР, которое неизбежно вело бы к совместному «крестовому походу» объединённой Европы против Советского государства и, как следствие, разрушительной войне. На это и надеялись в Лондоне, однако надеждам британских политических деятелей не суждено было сбыться. В столицах западных демократий (так же, как впоследствии в Кремле) явно недооценили иррационализм Гитлера. В планы германского диктатора в 1939 году новый «Мюнхен» с Западом не входил. Нацистский фюрер стремился к «Мюнхену» с Востоком, правда, лишь для того, чтобы предать новоиспечённого союзника уже через два года. Но тогда, летом 1939-го, Гитлер и Сталин попросту переиграли старика Чемберлена, который надеялся на германо-советскую войну никак не меньше, чем Сталин – на войну Германии и западных демократий.
Таким образом, ответ на стержневой вопрос, являлся ли пакт главной причиной начала Второй мировой войны, на наш взгляд, очевиден…
Говоря же об историческом значении пакта Молотова – Риббентропа, следует согласиться с широко распространённым мнением, гласящим, что пакт был не самым благородным явлением в политической истории нашего Отечества. К сожалению, в истории не всегда действуют нормы и законы морали. Не стоит забывать, что ещё весной 1939 года СССР  считался изгоем в семье европейских народов, а советское руководство было буквально вынуждено играть по правилам, навязанным теорией и практикой межгосударственных противоречий и борьбы в условиях системного кризиса межвоенного порядка.
Не пытаясь оправдывать моральную сторону советской политики в последние дни накануне Второй мировой войны, следует признать, что действия СССР были продиктованы логикой системного кризиса, тем сценарием, который на протяжении второй половины 1930-х годов реализовывали все великие европейские державы. Правила той грандиозной геополитической игры были очень суровы, а ставка в ней – очень высока. Проигрыш был равносилен уничтожению страны и её народа; победа, пусть относительная и на коротком историческом отрезке, по крайней мере, давала шанс…
 http://www.russkiymir.ru/russkiymir/ru/publications/articles/article0321.html


ДОГОВОР СССР И ГЕРМАНИИ О ДРУЖБЕ И ГРАНИЦАХ-28 СЕНТЯБРЯ 1939 года
На рассвете 1 сентября 1939 г. началась вторая мировая война. В соответствии с планом «Вайс» германские войска внезапно обрушились на Польшу. Несмотря на упорное сопротивление польской армии, германские войска, используя превосходство в силах, сумели быстро добиться успеха. Франция, Великобритания и другие европейские страны, объявив войну Германии, не оказали реальной помощи истекавшей кровью Польше. Когда германские войска захватили Варшаву и пересекли линию, оговоренную в секретном протоколе (по рекам Нарев, Висла и Сан), 17 сентября Красная Армия вступила на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии. Ей был отдан приказ «перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии». Предписывалось лояльно относиться к польским военнослужащим и госчиновникам, если они не будут оказывать вооруженного сопротивления. Авиации запрещалось подвергать бомбардировкам населенные пункты. Красная Армия не встретила здесь серьезного сопротивления, так как основные военные силы Польши были разгромлены Гитлером в первые дни сентября. Польским командованием был отдан приказ «с Советами в бои не вступать, с немцами продолжать борьбу», поэтому многие части и соединения сдавались в плен. Дальнейшая судьба большинства из них была трагичной. Значительную часть военнослужащих советские власти интернировали, а гражданского населения депортировали в восточные районы СССР (Сибирь, Казахстан). По решению Политбюро ЦК ВКП(б), принятому 5 марта 1940 г., 21 857 офицеров и других арестованных поляков были расстреляны в Катыни без суда и следствия.
Поход продолжался 12 дней. За это время части Красной Армии продвинулись на запад на 250 - 350 км, присоединив территории с населением около 12 млн. чел. Можно говорить о восстановлении исторической справедливости, поскольку это были исконно русские земли, за которые веками приходилось бороться с польской шляхтой. Местное население в целом тепло приветствовало советские войска, усматривая в них освободителей от польского геноцида. Но украинские националисты во главе с С. Бандерой стали оказывать ожесточенное сопротивление. В октябре 1939 г. здесь состоялись выборы в народные собрания. Эти органы власти незамедлительно провозгласили советскую власть и обратились к Верховному Совету СССР с просьбой принять Западную Украину и Западную Белоруссию в состав Советского Союза.
28 сентября в Москве представители СССР и Германии подписали договор «О дружбе и границе». К договору были приложены секретные протоколы и карты, по которым 48,6% территории бывшей Польши переходило к Германии, а 51,4% - к СССР. Согласно договору западная граница Советского Союза проходила теперь по так называемой линии Керзона, которую в свое время признавали Англия, Франция, США и Польша. Но если пакт о ненападении (23 августа 1939 г.) можно оправдать конкретными обстоятельствами, то подписание этого договора было фактически сговором с агрессором и не отражало волю советского народа. Именно такая оценка этому соглашению была дана в декабре 1989 г. на II Съезде народных депутатов СССР.

СОВЕТСКО-ЭСТОНСКИЙ ДОГОВОР О БАЗАХ -1939 год

Получив свободу действий в Прибалтике, сталинское руководство предпринимает попытку ее советизации как путем дипломатических, так и военных мер. Правительствам этих стран предложили заключить пакты о взаимопомощи, которые и были подписаны 28 сентября с Эстонией, 5 октября с Латвией и 10 октября с Литвой. В результате Советский Союз получил право размещения в республиках Прибалтики своих войск и создания на их территориях военно-морских и военно-воздушных баз. Стороны обязывались оказывать друг другу всяческую помощь, в том числе и военную, в случае нападения или его угрозы. Пункты договоров были выгодны не только для СССР. Литва, например, получала территорию Вильно и Виленской области (6 656 кв. км) с населением около полумиллиона человек, среди которых литовцы составляли не более 20%. Одновременно подписывались торговые соглашения о поставках сырья из СССР, что компенсировало потерю связей с Западом в условиях начавшейся мировой войны.


СОВЕТСКО-ЭСТОНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ- ЧИТАЙ ЗДЕСЬ

Комментариев нет:

Отправить комментарий