четверг, 28 января 2010 г.

АНТИСЕМИТИЗМ



В книге "Mein Kampf" ("Моя борьба") в 1923 г. Гитлер утверждал, что евреи не способны к продуктивной деятельности, не могут создать своего государства, а потому используют творческую энергию других наций. Они якобы поставили себе целью поработить наиболее активные народы. Гитлер провозгласил беспощадную борьбу против еврейства - за чистоту немецкой (арийской) расы. Он считал себя признанным спасти мир от "еврейского засилья".

Вскоре Гитлер перешел от ограничения прав евреев к их вытеснению из общественной, политической и экономической жизни Германии, а чуть позже и к их физическому уничтожению.

В 1937 году нацисты начали отправлять евреев в концентрационные лагеря. В этих лагерях трудоспособные евреи должны были трудиться как рабы, когда у них кончались силы, их убивали. Некоторых использовали для медицинских экспериментов. Молодых еврейских девушек стерилизовали и использовали в качестве проституток для немецких солдат. Старики и инвалиды направлялись прямиком в газовые камеры.
В ночь на 4 ноября 1938 г. произошел еврейский погром, вошедший в историю как Хрустальная ночь (ночь битых стекол). Тогда погибли около 100 евреев, были разрушены все синагоги в Германии, разграблены более 7000 еврейских магазинов. Поводом послужило убийство секретаря немецкого посольства в Париже молодым евреем Гриншпаном, который мстил за родителей, депортированных из Германии. Более 30 тысяч евреев после этого были отправлены в концентрационные лагеря.
Спасение евреев было делом личного мужества и личной совести. Тысячи немецких женщин не бросили своих мужей-евреев, а мужья-немцы не покинули своих евреек-жен. В числе этих мужественных людей оказались великий философ Карл Ясперс и великий музыкант Герберт фон Караян. В Берлине с помощью друзей спаслись от нацистов около 5 тысяч евреев.

Когда в 1937 г. на синоде Исповедальной Церкви выдающийся протестантский богослов Д. Бонхоффер (он был казнен нацистами 9 апреля 1945 г.) попытался призвать к публичному осуждению антисемитских Нюрнбергских законов, его призыв не получил поддержки со стороны антинацистски настроенных собратьев. Только в 1943 г. Братский совет Исповедальной Церкви публично (с амвонов) запротестовал против неслыханных бедствий, обрушенных властью на евреев. Другие Церкви молчали до конца …

По признанию Д. Бонхоффера, такие нацистские преступления, как погромы хрустальной ночи, многие христиане (в том числе - некоторое время - и он сам) воспринимали как заслуженное наказание евреев, как "бич Божий".

В 1933-1939 гг. Германию покинули около 250 тысяч евреев (эмигранты перебирались главным образом в США, Великобританию и Палестину). Из оставшихся в стране нацистский режим пережили лишь несколько тысяч …

Многие рядовые немцы, включая большинство деятелей протестантской и католической церкви, соблазнились нацистской пропагандой и согласились с тем, что евреи - низшая раса. Единственным, кто сопротивлялся, была церковь Конфессинг (одна из протестантских церквей, оппозиционная по отношению к нацистам). В результате 700 ее священников были арестованы. Антисемиты Польши, Украины и Беларуси воспользовались нацистской оккупацией для расправы с евреями.

Датчане и норвежцы предпринимали героические усилия для спасения своих евреев. Швеция - единственная страна, которая открыла двери для принятия еврейских беженцев. Гуманисты всех стран с риском для жизни помогали евреям бежать или спрятаться. Одним из таких героев стал кардинал Анджелло Ронкалли, который один спас тысячи еврейских жизней. Позднее, став Папой Иоанном XXIII, он убрал из католического молитвенника антиеврейские высказывания. По окончании войны многие другие деятели католической церкви принесли извинения за свое молчание.

"Новый порядок в Европе". Судьбы евреев в оккупированной Европе.

После захвата Австрии, Чехословакии и вторжения в Польшу руководство гитлеровского государства начало готовиться к установлению в Европе "нового порядка". Самые жуткие планы вынашивались в отношении евреев.

В секретном приказе начальника службы безопасности Рейнхарда Гейдриха от 21 сентября 1939 г. была определена политика нацистов по отношению к евреям Польши. Всех евреев следовало вывезти из небольших городов и местечек и поместить в изолированные районы крупных городов - в гетто; почти вся собственность евреев подлежала конфискации.

Как правило, гетто создавались в городах и населенных пунктах, находящихся на железнодорожных путях, - с тем, чтобы впоследствии их обитателей можно было легко вывозить в лагеря смерти. Миллионы евреев к концу 1940 г. были изолированы в гетто на территории Польши. Там они ожидали своей участи, голодая, претерпевая лишения, страдая от эпидемий и подневольного труда.

Гетто располагались в самых плохих районах городов. Они обычно отделялись от близлежащих кварталов стеной или колючей проволокой. Евреев предупреждали о переселении в гетто за день, а иногда за несколько часов. С собой разрешалось брать лишь ручную кладь. Перед переселением в гетто у евреев конфисковывались все ценности.

По приказу Гейдриха для управления гетто и исполнения приказов нацистов были созданы еврейские советы (юденраты). В них входили влиятельные члены общины; юденраты отвечали за регистрацию всех евреев, точную опись всей еврейской собственности, распределение жилья, осуществляли охрану внутреннего порядка, ведали медицинскими вопросами и поддержанием чистоты, а также выделяли жителей на принудительные работы.

Фашисты не только изолировали евреев, но и запретили им заниматься многими видами профессиональной деятельности. Между гетто не было никакой связи. Время от времени устраивались обыски, в ходе которых порой отнималось последнее. Евреев выгоняли на принудительные работы, за которые чаще всего почти ничего не платили.

Ежедневно голод и болезни уносили многие жизни. Нацисты поставили перед собой цель - сломить дух обитателей гетто. Но иногда удавалось организовывать изготовление и продажу за пределами гетто дефицитных изделий ремесленного производства, что помогало выжить. Чтобы противостоять нацистам, жители гетто создавали подпольные общественные, религиозные, образовательные и политические организации. Проводились занятия с детьми, отправлялись религиозные службы - несмотря на то, что за такие действия полагалась смерть. В этом выражалось духовное сопротивление евреев нацистам.

Политика жестоких репрессий, нехватка оружия и теплившаяся у многих надежда пережить войну и оккупацию сдерживали сопротивление. Лживые обещания нацистов о переселении евреев порождали тщетные надежды. Как только стало ясно, что истинным намерением нацистов является полное уничтожение всех евреев, бойцы сопротивления в гетто стали готовиться к борьбе за жизнь. Некоторым обитателям гетто удалось бежать, а в дальнейшем влиться в партизанские отряды

Однако метод массовых убийств, используемый айнзацгруппами, вскоре был признан неэффективным для достижения целей, поставленных Гитлером.
20 января 1942 г. состоялась конференция в пригороде Берлина - Ванзее; крупные нацистские деятели обсуждали пути выполнения приказа Германа Геринга о проведении мероприятий для "окончательного решения еврейского вопроса в сфере германского влияния". Гейдрих сообщил на этой конференции о точном количестве евреев, которые подлежат ликвидации в Европе, и назвал 33 государства, где их предстоит уничтожить.

Было решено создать в Польше шесть лагерей смерти, куда депортировать еврейское население Европы (Треблинка, Хелм, Собибор, Майданек, Освенцим и Белжец).

В конце 1941 - начале 1942 г. в Прибалтике, в Белоруссии и на Украине гитлеровцы приступили к ликвидации гетто. Их обитателей либо уничтожали, либо переводили в лагеря смерти. Туда направлялись эшелоны с евреями из оккупированных западноевропейских стран, из Украины, Белоруссии, Прибалтики, из западной части России.

Прибывающие на железнодорожные станции под предлогом приведения себя в порядок после дороги направлялись с "душевые". В помещение подавался газ "циклон В" - и через 5 минут люди, находившиеся в газовой камере, погибали. В Освенциме за один день подобным образом убивали 12 тысяч человек, тела которых впоследствии сжигались в печах крематория.

В этих лагерях уничтожение людей проводилось на индустриальной основе. Были оборудованы газовые камеры и печи для сжигания трупов - крематории. С помощью этих орудий смерти в течение 1942 г. были уничтожены свыше 3,25 млн. евреев, живших в Восточной Европе.

Депортация евреев из гетто в лагеря смерти проводилась регулярно. Однако в 1942 г. стало очевидным, что война не закончится быстро, и гитлеровскому командованию потребуется труд заключенных, особенно специалистов, в лагерях и гетто. Немецкая администрация распорядилась сохранить гетто и трудовые лагеря в Вильнюсе, Каунасе, Минске, Львове и в некоторых других городах и местностях.

Крайне отрицательно влияли на физическое и психическое состояние гонимых евреев невероятно тяжелые условия жизни: голод, холод, каторжный труд, постоянное унижение человеческого достоинства, побои, издевательства, неизбывный страх за себя и за семью. Многие обитатели гетто до последнего момента надеялись спастись, не верили в страшную правду о лагерях смерти. Такие надежды питала нацистская пропаганда, распускавшая слухи о том, что вывезенные из гетто люди просто переселяются в другие местности.

Из записей заместителя государственного секретаря имперского Министерства иностранных дел Мартина Лютера во время поездки в лагерь Аушвиц-Биркенау (Освенцим-Бжезинка).

"Лагерь. Первое впечатление - сами масштабы сооружений, протянувшихся, по словам Гесса, коменданта лагеря, на два километра в ширину и четыре в длину. Внутри лагеря, насколько хватает глаз, сотни деревянных бараков, покрытых зеленым толем.

В южном секторе лагеря железнодорожная ветка длиной приблизительно 1,5 километра. По обе стороны проволочные заграждения на бетонных столбах и, кроме того, деревянные наблюдательные вышки с пулеметными гнездами. С западной стороны над деревьями возвышается извергающая дым квадратная фабричная труба из красного кирпича.

Пространство вдоль железнодорожной линии начинают заполнять эсэсовцы, некоторые с собаками, а также выделенные им в помощь заключенные. Вдали раздается паровозный гудок. Через несколько минут в ворота медленно въезжает локомотив, выбрасываемый им пар поднимает тучи желтой пыли. Он останавливается прямо перед нами. Позади закрываются ворота. Это эшелон евреев из Франции.

По моим подсчетам, в поезде около шестидесяти товарных вагонов с высокими деревянными бортами. Войска и выделенные заключенные окружают поезд. Отпирают и отодвигают двери. Вдоль поезда раздаются одни и те же команды: "Всем выходить! Ручную кладь забрать с собой! Весь тяжелый багаж оставить в вагонах!"

Первыми выходят мужчины: жмурясь от света, прыгают вниз - полтора метра, потом помогают женщинам, детям и старикам и принимают вещи.

Состояние прибывших жалкое - грязные, пыльные, показывая на рот, протягивают миски и чашки, плачут от жажды. В вагонах остаются лежать мертвые и неспособные двигаться больные. Эсэсовские охранники строят способных идти в две шеренги. Крики разлучаемых людей. После многочисленных команд колонны трогаются в противоположных направлениях. Трудоспособные мужчины направляются в сторону рабочего лагеря. Остальные двигаются в сторону деревьев. Заключенные в полосатых одеждах вскарабкиваются в вагоны, выволакивая оттуда багаж и трупы.

В колонные почти две тысячи человек: женщины с младенцами на руках, цепляющиеся за юбки детишки, старики и старухи, подростки, больные, сумасшедшие. Они движутся по пять человек в ряд по шлаковой 300-метровой дороге, проходят во двор, попадают на другую дорогу, в конце которой двенадцать бетонных ступеней ведут в огромный, стометровой длины подвал. Вывеска на нескольких языках (немецком, французском, греческом, венгерском) гласит: "Бани и дезинфекция". Хорошее освещение, десятки скамеек, сотни пронумерованных вешалок.

Охранники кричат: "Всем раздеться! Дается десять минут!" Люди стесняются, смотрят друг на друга. Приказ повторяют более резко, и на этот раз нерешительно, но спокойно, люди подчиняются. "Запомните номер своей вешалки, чтобы получить одежду!" Среди них снуют лагерные холуи, подбадривая, помогая раздеться слабым телом и духом. Некоторые матери пытаются спрятать младенцев в кучах одежды, но они быстро обнаруживают себя.

Сопровождаемая по бокам охранниками толпа обнаженных людей через большие дубовые двери медленно перемещается во второе помещение, такое же большое, как и первое, но абсолютно голое, если не считать поддерживающие потолок четыре толстые квадратные колонны, расположенные с интервалом в двадцать метров. В нижней части каждой колонны металлическая решетка. Помещение заполняется, двери закрываются.

По траве, растущей на крыше сооружения, подпрыгивая, едет небольшой фургон со знаками Красного Креста. Останавливается. Из машины появляются офицер СС и врач в противогазах, несущие четыре металлические канистры. Из травы в двадцати метрах друг от друга выступают незаметные бетонные трубы. Врач и эсэсовец поднимают крышки на трубах и высыпают желтовато-лиловое зернистое вещество. Снимают противогазы и закуривают на солнышке.

Тишина в помещении нарушается лишь глухим стуком, раздающимся в дальнем конце помещения позади чемоданов и груд еще не остывшей одежды. В дубовые двери вставлен небольшой стеклянный глазок. Я заглядываю в него. По глазку бьют кулаком, и я отдергиваю голову…

Возвращаемся в подземное сооружение. В воздухе громкое жужжание электромоторов - патентованная система удаления газа "Эксхатор". Двери открываются. Трупы навалены в одном конце; руки искусаны, исцарапаны. Входит "зондеркоманда" евреев в резиновых сапогах и фартуках, в противогазах. Скопления газа держатся на уровне пола до двух часов. Обмывают из шлангов скользкие трупы. Чтобы оттащить их к четырем двухдверным лифтам, на кисти рук набрасываются веревочные петли.

Крематорий. Удушающая жара: 15 печей работают на полную мощь. Оглушительный шум: дизельные вентиляторы раздувают пламя. Трупы из лифта выгружаются на конвейер (металлические катки). Кровь и т.п. стекают в бетонный желоб. Стоящие с обеих сторон парикмахеры бреют головы.
Волосы собирают в мешки. Кольца, бусы, браслеты и т.п. бросают в металлический ящик. В конце зубная команда - 8 человек с крючками и щипцами - удаление золота (зубы, мосты, пломбы). Трупы сбрасывают в печи с металлических тачек.
В лагере четыре такие газовые камеры с крематорием. Пропускная способность каждой - по 2000 трупов в сутки; итого 8000. Обслуживается еврейской рабочей силой, заменяемой каждые 3 месяца. Операция, таким образом, осуществляется по принципу самообслуживания; секреты исчезают вместе с их носителями. Самая большая головная боль в отношении секретности - зловоние, а по ночам пламя из труб, видимое на много километров, особенно воинским эшелонам, направляющимся по основной линии на Восток"
(цит. по: Клокова Г.В. История Холокоста на территории СССР в годы Великой Отечественной войны(1941-1945). М.,1995.С. 72-74).

Очаги сопротивления нацистам возникали не только в гетто, но и в лагерях смерти, где, казалось, не было ни малейших возможностей для борьбы. Вот свидетельства очевидцев.


В Освенциме "извлечение золотых зубов, выгрузку тел из газовых камер, стрижку волос, сжигание трупов выполняла специальная рабочая группа из заключенных, называемая зондеркомандой… 22 июля 1944 г. за отказ работать в зондеркоманде в газовой камере были убиты 435 молодых евреев из Греции" (Ф.Пипер).

В Освенциме "лагерное начальство время от времени ликвидировало членов зондеркоманды, чтобы избавиться от свидетелей своих преступлений. В надежде на спасение группа подняла 7 октября 1944 г. бунт, во время которого был уничтожен один крематорий. Однако бунт закончился кровавой расправой над участниками" (Б.Ярош).

14 октября 1943 г. узники лагеря уничтожения в Собиборе "взбунтовались, во главе стояла тайная организация, которую возглавлял советский военнопленный Александр Печерский, а также еврейский узник Леон Фельдгандлер… В эту организацию входило около 150 евреев из Голландии, Польши и СССР… Узники убили несколько эсэсовцев и украинских националистов из лагерной стражи… Небольшому количеству удалось сбежать: тем, кто смог пройти через заминированные поля, окружавшие лагерь. Остальные были перебиты эсэсовцами; однако после этих событий этот центр уничтожения не возобновил своей деятельности".
Василий Гроссман выпустил книгу "Треблинский ад", в которой описал восстание узников концлагеря и их гибель.

"У заключенных родился план восстания… Все они были смертниками… Лишь несколько десятков человек жили не дни и часы, а недели и месяцы - квалифицированные мастера, плотники, каменщики, обслуживавшие немецкие пекарни, портные, парикмахеры. Они-то и создали комитет восстания.

… Они не хотели бежать до того, как не уничтожат Треблинку. И они уничтожили ее. В бараках стало появляться оружие, топоры, ножи, дубины. Какой ценой, с каким безумным риском было сопряжено добывание каждого топора и ножа! Сколько изумительного терпения, хитрости и ловкости понадобилось, чтобы укрыть все это от обыска и спрятать в бараке! Были созданы запасы бензина, чтобы облить и поджечь лагерные постройки… Понадобились сверхчеловеческие усилия, напряжение ума, воли, страшная дерзость. Наконец был произведен подкоп под немецкий барак-арсенал… Бог смелости стоял за них. Из арсенала были вынесены двадцать ручных гранат, пулемет, карабины, пистолеты. Все это исчезло в тайниках…

Участники заговора разбились на пятерки… Каждая пятерка имела точное задание. И каждое математически точное задание было безумством. Одним поручался штурм башен, на которых сидели вахманы с пулеметами. Вторые должны были внезапно атаковать часовых, ходивших у проходов между лагерными площадями. Третьи должны были атаковать бронемашины. Четвертые резали телефонную связь. Пятые нападали на здание казарм. Шестые делали проходы в колючей проволоке. Седьмые устраивали мост через противотанковые рвы… Было предусмотрено даже снабжение повстанцев деньгами…

Восстание было назначено на 2 августа. Сигналом ему послужил револьверный выстрел. Знамя успеха осенило святое дело. В небо поднялось новое пламя, не тяжелое, полное жирного дыма пламя горящих трупов, а яркий, знойный и буйный огонь пожара. Запылали лагерные постройки, и восставшим казалось, что само солнце, разорвав свое тело, горит над Треблинкой, правит праздником свободы и чести.

Загремели выстрелы, захлебываясь, затараторили пулеметы на захваченных восставшими башнях. Торжественно, как колокола правды, загудели взрывы ручных гранат. Воздух всколыхнулся от грохота и треска, рушились постройки, свист пуль заглушил гудение трупных мух. В ясном и чистом воздухе мелькали красные от крови топоры. В день 2 августа на землю треблинского ада полилась злая кровь эсэсовцев, пышущее светом голубое небо торжествовало и праздновало миг возмездия.

…Треблинка перестала существовать".

И те, кто поднимался на борьбу с оружием в руках, и те, кто избирал путь духовного противостояния злу, в равной степени утверждали человеческое достоинство. Ненависть к палачам и готовность простить им их злодеяния сходились в одной точке - там, где человеческое побеждало нечеловеческое. Об этой победе свидетельствует "Равенсбрюкская молитва" (ее текст, записанный на клочке оберточной бумаги, был найден в женском концлагере после его освобождения).

Выжить духом стремились и слабые телом, даже дети. В концлагере Терезин, где содержались еврейские дети, после войны была установлена скульптура, изображающая мальчика в лагерной робе. Скульптор Мария Ухитилова назвала этот памятник "Первый день в аду". Через Терезинский лагерь прошли пятнадцать тысяч детей. В живых осталось сто. Остальных убили в Освенциме и Треблинке.

Остались детские рисунки, авторы которых были принуждены смотреть на окружающий мир взрослыми глазами. Рождались совсем не детские сюжеты: "Казнь", "Мертвый человек", "Надзиратель"… А рядом - "Мой друг Иржи", "Мама", "Добрый дядя".

Дети тайно издавали рукописный журнал. Его авторы менялись часто: транспорты из Терезина в Освенцим уходили два раза в месяц. Дети не просто существовали - они жили. Последний номер журнала (сколько их было всего, неизвестно) вышел осенью 1944 г., незадолго до отправки последней группы терезинских детей в Освенцим.
В.Гроссман был одним из первых, кто написал в сентябре 1944 г. о лагере смерти Треблинка. И прежде, чем этот очерк вошел в состав "Черной книги", он был опубликован в журнале "Знамя" в 1945 г. под названием "Треблинский ад" и в этом же году издан отдельной брошюрой для использования на Нюрнбергском процессе. По отзывам современников, очерк Гроссмана произвел потрясение, которое нельзя было передать словами. Анна Бейзер писала: "Треблинский ад" не имеет жанрового определения. Не повесть, не очерк, не статья. Просто ад…"

Януш Корчак - Генрик Гольдшмит родился в Варшаве в 1878 году в интеллигентной еврейской семье; отец его был известным адвокатом. Литературный псевдоним Януш Корчак он принял юношей… и под этим именем стал одним из самых любимых и почитаемых мыслителей педагогики и детских писателей. Погиб вместе с детьми в концлагере




http://holocaust.ioso.ru/history/index.htm

Комментариев нет:

Отправить комментарий